В старые годы, когда стоило лишь пожелать чегонибудь и желание исполнялось, жил-был на свете король; все дочери его были одна краше другой, а уж младшая королевна была так прекрасна, что даже само солнышко, так много видавшее всяких чудес, и то дивилось, озаряя ее личико.Близ королевского замка был большой темный лес, а в том лесу под старой липой вырыт был колодец. В жаркие дни заходила королевна в темный лес и садилась у прохладного колодца; а когда ей скучно становилось, брала она золотой мячик, подбрасывала его и ловила: это была ее любимая забава...

Варил повар суп. Подсыпал соли, перцу, бросил пару луковиц. А снизу, с самого дна, поднялся горячий пузырек, скользнул мимо луковиц, подхватил перчинку и солинку и выскочил из кастрюли. Прыгнул повару на лоб, укусил его.Повар рассердился, хлопнул себя по лбу: думал, что комар. Крикнул с возмущением:- Ах ты, комаришка, мелкий пакостник! Я тебе покажу, негодный, как кусаться!А пузырек горячий с перчинкой и солинкой, с капелюшкой лукового супа, заплеснулся в серебристом смехе, даже почернел. И вырос у него хвостик - маленький, мохнатенький, рожки-крохотули выросли...

Одна бедная женщина родила сыночка, и так как он родился в рубашке, то и было ему предсказано, что он уже на четырнадцатом году получит королевскую дочку в жены.Случилось так, что вскоре после этого сам король прибыл в ту же деревню и никто не знал, что он король.Стал он у людей расспрашивать, что новенького, и ему рассказали: "Родился на этих днях ребенок в рубашке; а уж кто так-то родится, тому во всем удача! Вот ему уж и вперед предсказано, что на четырнадцатом году король ему свою дочь отдаст в жены"...

Жил-был петушок-на-крыше. Звали его Кукареку. Сделан он был из меди, кроме одной ножки, которая была железная. Кукареку сидел на высоком шпиле церкви, а церковь стояла на вершине холма.Из-за этого холма каждое утро вставало Солнце. И казалось, что от Солнца до церковного шпиля совсем близко, так близко, что Кукареку, если бы захотел, мог достать до Солнца своим медным крылом.По утрам Солнцу всегда хотелось есть. Любимым его завтраком был ломтик поджаренного хлеба, или, как говорят англичане, тост...

Совет ведьм.Время шло, приближался конец года и Вальпургиева ночь. Дело в том, что у ведьм свой особенный календарь. Новогодний праздник бывает у них не зимой, а летом. Вальпургиева ночь на горе Блоксберг и есть такой праздник. Для Маленькой Бабы-Яги наступили ответственные дни: приближался экзамен. Ночи напролёт сидела она дома и повторяла всё, чем занималась в течение года. Она ещё раз просмотрела всю колдовскую книгу страницу за страницей. Колдовство шло как по маслу! За три дня до Вальпургиевой ночи прискакала тётка Румпумпель...

Ночь улыбалась мне яркими звездами. Я стояла на крыше, держась одной рукой за флигель, в виде двух ангелов играющих на лютнях, и смотрела вниз, наблюдая, как волны одна за другой медленно ударяются о чернеющие внизу камни. Я глубоко вдохнула свежий воздух пропитанный запахом соли и морских водорослей, вынесенных на берег вчерашней бурей, и с грустью улыбнулась своим мыслям: "мое любимое место.… Тут намного лучше, чем там. Здесь я могу почувствовать себя свободной…. Эх, как же я не хочу туда идти, совсем не хочу! Папа, наверное, сейчас ищет меня по всему замку...

В космосе.- Можно, я буду считать по-английски? - спросил Бьёрнар. - Я занимаюсь английским, и мне надо упражняться. Если хочешь, я сперва посчитаю по-норвежски, только это будет не в счёт: десять, девять, восемь...- А почему ты считаешь задом наперёд? - удивился Каос. - Так считают по-английски? По-норвежски считают - один, два, три... Я знаю.- Перед стартом секунды считают всегда наоборот, ведь их остаётся всё меньше и меньше, а когда я скажу "зеро", что значит "нуль", ракета должна взлететь. Ну, слушай:ten, nine, eight, seven, six, five, four, three, two, one, зеро!При слове "зеро" Бьёрнар включил свой, приёмник на полную мощность и стал быстро крутить ручку настройки...

Однажды я, как обычно, полетел на прогулку. Летел я без всякой цели и глазел по сторонам, как вдруг увидел почтальона. Вы, конечно, его знаете. У почтальона на боку висела большая сумка, полная писем и почтовых открыток. Он шел и раскладывал почту в почтовые ящики."Может, написать рассказ о почтовой сумке?" - Я заработал разноцветными крылышками, догнал почтальона и заглянул в почтовую сумку.Ух! Сколько писем! У меня даже голова закружилась, и я упал прямо в открытую сумку."М-да! Тесновато тут, среди писем...

Столица.Щелкунчик снова хлопнул в ладоши. Розовое озеро зашумело сильнее, выше заходили волны, и Мари увидела вдали двух золоточешуйчатых дельфинов, впряженных в раковину, сиявшую яркими, как солнце, драгоценными камнями. Двенадцать очаровательных арапчат в шапочках и передничках, сотканных из радужных перышек колибри, соскочили на берег и, легко скользя по волнам, перенесли сперва Мари, а потом Щелкунчика в раковину, которая сейчас же понеслась по озеру. Ах, как чудно было плыть в раковине, овеваемой благоуханием роз и омываемой розовыми волнами! Золоточешуйчатые дельфины подняли морды и принялись выбрасывать хрустальные струи высоко вверх, а когда эти струи ниспадали с вышины сверкающими и искрящимися дугами, чудилось, будто поют два прелестных, нежно-серебристых голоска: «Кто озером плывет? Фея вод! Комарики, ду-ду-ду! Рыбки, плеск-плеск! Лебеди, блеск-блеск! Чудо-птичка, тра-ла-ла! Волны, пойте, вея, млея, – к нам плывет по розам фея; струйка резвая, взметнись – к солнцу, ввысь!» Но двенадцати арапчатам, вскочившим сзади в раковину, видимо, совсем не нравилось пение водных струй...

Был тихий и теплый вечер, косые лучи солнца поблескивали на окнах дворца. Большая дорога, что тянулась через все королевство, была пустынна: ни кареты, ни всадника, лишь три старухи брели по ней вдалеке. А посреди луга, что позади дворца, сидела и пела маленькая пастушка Лена.Во дворце отворилось окно, и в нем показался белый колпак главного повара.- Послушай, дружочек, - крикнул повар, - до чего же хорошо ты поешь! Кабы жив был покойный король, благословенна будь его память, я бы дал тебе блестящий дукат, да только с тех пор, как стала править королева, дукаты повывелись...